перейти на головную страницу А.Р. Лурия

Александр Романович Лурия

Высшие корковые функции человека и их нарушения при локальных поражениях мозга

второе дополненное издание, 1969


   
Александр Романович Лурия
 


Высшие корковые функции человека и их нарушения при локальных поражениях мозга

б) О проблеме доминантного полушария

Оглавление

Еще со времени классических исследований Брока (1861) и Вернике (1874) установлено, что оба полушария головного мозга при всей их морфологической симметричности не являются функционально равноценными, что левое полушарие у правшей преимущественно связано с речевыми функциями и является в этом отношении доминантным, в то время как правое полушарие не несет столь важных (в первую очередь речевых) функций и может быть обозначено как субдоминантное. Вот почему подавляющее большинство работ было посвящено изучению тех нарушений высших корковых функций, которые возникали при поражении левого (доминантного) полушария, в то время как симптоматика поражений правого (субдоминантного) полушария оставалась недостаточно изученной и становится предметом исследования лишь в самое последнее время.

Рис. 23. Речевые зоны коры (по Дежерину): А — зона Вернике; В — зона Брока; Pc — зона зрительных образов слова


Рис. 23. Речевые зоны коры (по Дежерину): А — зона Вернике; В — зона Брока; Pc — зона зрительных образов слова

Рядом работ показано, что поражение определенных участков лобно-височно-теменных отделов левого полушария вызывает у правшей нарушения речи, в то время как поражения аналогичных участков правого полушария не приводят к подобным симптомам.

Этот факт привел ряд авторов к выделению «речевых зон» мозговой коры (рис. 23). В дальнейшем на основании динамического исследования значительного числа больных с ранениями различных отделов мозга было показано, что если в инициальном периоде ранения речевые расстройства наблюдаются при поражении широких областей левого полушария, то стойкие речевые дефекты остаются лишь в случаях поражения значительно более ограниченных участков мозга, которые в целом совпадают с указанной выше «речевой зоной» (А. Р. Лурия, 1947 и др.) (рис. 24).

Однако доминантность одного из полушарий в отношении речевых функций оказалась вовсе не столь абсолютной, как это можно было предполагать, и степень этой доминантности, как показали исследования, значительно варьирует от субъекта к субъекту и от функции к функции.

Еще Джексон (1869) высказывал предположение, что речь осуществляется совместной работой обоих полушарий, причем левое, доминантное, полушарие связано с наиболее сложно построенными формами произвольной речи, в то время как правое полушарие осуществляет более элементарные функции автоматизированной речи. К мысли о совместном участии обоих полушарий в осуществлении сложных (в том числе и речевых) психических функций возвращались многие авторы, в последнее время в советской психологии^это положение было разработано Б. Г. Ананьевым (1960). Мы такж#полагаем, что мозговым субстратом высших психических функций, в том числе и речи, является совместная деятельность обоих полушарий, неравноценных, однако, по своему значению. Безусловно, характер участия обоих полушарий в организациях высших психических, в том числе и речевых функций, должен стать предметом дальнейших исследований.

Рис 24. Распределение речевых нарушений при различной локализации ранений мозга в начальных и резидуальных периодах травматической болезни (по А. Р. Лурия).


Рис 24. Распределение речевых нарушений при различной локализации ранений мозга в начальных и резидуальных периодах травматической болезни (по А. Р. Лурия). Рисунок показывает процент случаев, в которых огнестрельное ранение соответствующей зоны левого полушария сопровождается речевыми расстройствами разной тяжести (таблица дана на основании исследования около 800 случаев огнестрельных ранений черепа)

 

Если точное определение той роли, которую играет правое субдоминантное полушарие в осуществлении высших корковых функций, остается неясным, то клинические наблюдения значительного числа авторов (Честер, 1936; А. Р. Лурия, 1947; Гудгласс и Квадфазель, 1947; Хэмфри и Зангвилл, 1952; Эттлингер, Джексон и Зангвилл, 1955; Субирано, 1958; Ажуриагерра и Экаэн, 1960; Зангвилл, 1960 и др.) убедительно показывают, что у левшей поражения субдоминантного у них левого полушария также приводят к определенным нарушениям речи и связанных с ней познавательных процессов. Соответственно при поражении доминантного полушария речь (и связанные с ней функции) у различных субъектов нарушается неодинаково и может претерпевать обратное развитие с различной легкостью, сравнительно хорошо восстанавливаясь у одних и оказываясь почти необратимой у других. Эти факты нельзя объяснить только степенью поражения (величиной очага, наличием осложняющих факторов и т. д.). По-видимому, степень доминантности одного из полушарий даже в отношении таких «латерализованных» процессов, как речь, очень варьирует от случая к случаю, и именно это обстоятельство вносит значительное разнообразие в очаговую патологию высших корковых функций. Вероятно, именно этим обстоятельством можно объяснить тот факт, что одинаковые по расположению очаги в разных случаях могут давать неодинаково выраженную симптоматику. Большое значение имеют и те наблюдения, которые показывают, что очаг, разрушающий так называемые «речевые зоны» левого полушария, может не приводить к сколько-нибудь выраженным симптомам (как это наблюдается, например, если он возник в раннем детстве или если патологическое состояние этих областей коры мозга нарастало очень медленно). К этому следует прибавить и тот факт, что абсолютная доминантность одного полушария в отношении всех психических функций, по-видимому, существует гораздо реже, чем это предполагают, и что многие люди проявляют лишь частичную и неодинаковую доминантность полушария в отношении разных функций, благодаря чему человек может быть, например, «правшой» в отношении руки, но с ведущей функцией левого глаза и т. п. 1

Так, современные данные (Зангвилл, 1960; Экаэн и Анжелерг, 1962; Милнер, Бранч и Расмуссен, 1964) показывают, что если у подавляющего числа правшей речевые процессы прочно связаны с функцией левого полушария, то у левшей связь речевых функций с одним лишь правым полушарием выступает в значительно меньшей степени. Так, данные Милнер, Бранча и Расмуссена, полученные с помощью инъекции амитал-натрия в наружную сонную артерию (проба Вада, 1949) показали, что лишь у 20% левшей и амбидекстров речевые функции связаны с правым полушарием, в то время как у 64% они остаются за левым полушарием; лишь у тех левшей и амбидекстров, у которых в раннем детстве имелось поражение левого полушария, речевые процессы в 67% случаев оказываются связанными с правым полушарием; но и здесь в 22% случаев левое полушарие продолжает играть существенную роль в речевой деятельности.

Различная степень доминантности полушарий варьирует, однако, как было уже сказано, не только от субъекта к субъекту, но и от функции к функции. Если речевые процессы, как правило, обнаруживают значительную степень латерализации и у большинства людей зависят от ведущего (доминантного) полушария, то существует ряд функций, в которых эта степень латерализации выражена значительно меньше.

Ниже мы еще будем иметь случаи показать, что процессы зрительного восприятия, по-видимому, в значительно меньшей степени связаны с одним ведущим полушарием и что наиболее выраженные и стойкие гностические расстройства возникают при двусторонних поражениях соответствующих отделов коры (см. II, 3, в). Близкие к этому данные наблюдаются при нарушении избирательной организации произвольного действия вследствие поражения лобных отделов мозга (см. II, 5, в—ж).

1 О методах установления общей и частичной доминантности полушария будет сказано ниже (см. III, 1).

Все эти данные заставляют думать о различной степени латерализации различных психических функций.

Легко видеть, что относительное значение ведущего полушария в осуществлении разных функций является важным фактом, который наряду с различной степенью доминантности одного из полушарий у разных лиц сильно осложняет исследование патологии высших корковых функций при очаговых поражениях мозга.

Не исключено также, что в отношении некоторых психических процессов можно говорить скорее о доминантности правого полушария; по некоторым данным такими являются, по-видимому, музические процессы, осознание собственного дефекта и др. Различное участие обоих полушарий в осуществлении сложных видов психической деятельности не ограничивается, однако, тем, что мы говорили до сих пор. Исследования, проведенные за последние десятилетия (Б. Г. Ананьев. 1959, 1960 и др.) показывают, что, как правило, многие функции осуществляются при участии обоих полушарий, но в связи с тем, что одна из рук играет ведущую, а другая — подсобную роль, характер участия левого и правого полушарий в этих функциях оказывается глубоко различным. С наибольшей отчетливостью этот факт был показан Тейбером и его сотрудниками (Семмес, Вейнштейн, Гент и Тейбер, 1960). Изучая особенности нарушения тактильной чувствительности при огнестрельных ранениях правого и левого полушарий, эти авторы могли наблюдать, что даже в отношении таких далеких от речи функций, как чувствительность, характер функциональной организации обоих полушарий оказывается различным. Если в левом (ведущем) полушарии сензор-ные функции представлены очень дифференцированно, то в правом (субдоминантном) полушарии они представлены более диффузно. Поэтому поражение только одних сензомоторных участков левого полушария приводит к нарушению чувствительности в противоположной руке, в то время как расположенные вне этих зон ранения не ведут к появлению сензорных расстройств. Наоборот, ранения правого полушария могут вызвать дефекты чувствительности, даже если они не располагаются в пределах сензомоторной зоны; нередко эти ранения вызывают нарушения и в одноименной руке.

Положение о том, что оба полушария при идентичности морфологической структуры имеют различную степень функциональной дифференцированности и что это сказывается не только на речевых, но и на сензорных (а возможно, и двигательных) функциях, лишь в последние годы стало отчетливо высказываться в литературе. Возможно, что исследования в этом направлении дадут существенные результаты.

Легко видеть, что недостаточность наших знаний в отношении степени доминантности полушарий у разных лиц и в отношении разных функций создает значительные затруднения при клиническом исследовании больных с локальными поражениями головного мозга.

Поэтому некоторые важные вопросы могут сейчас решаться лишь в первом приближении.

К ним относится, в частности, вопрос о тех нарушениях высших корковых функций, которые возникают при поражениях правого (субдоминантного) полушария, и тем более вопрос об участии правого (субдоминантного) полушария в компенсации дефектов, вызванных поражениями левого (доминантного) полушария.

В данной книге мы сознательно оставляем все эти проблемы вне нашего рассмотрения, сохраняя уверенность, что при накоплении нужных знаний их решение будет возможно.